«300 спартанцев: Расцвет империи» — это не Спарта!

В фильме нет почти осязаемой ярости Леонида и эффекта новизны «300 спартанцев». Это просто бездумно-красивый боевик для разового просмотра.

Судьба фильма 300: Rise of an Empire (в отечественном переводе «300 спартанцев: Расцвет империи») складывалась не лучшим образом. Картина задумывалась как история о судьбе бога-царя Ксеркса, но потом сценарий переделывали. Режиссер оригинала Зак Снайдер выступал в качестве продюсера, а съемками руководил малоизвестный Ноам Мурро, который до этого снял один полнометражный фильм — романтическую комедию «Умники».
 
Вопреки первоначальным задумкам, события «Расцвета империи» развиваются в тот же временной период, что и «300 спартанцев». Полчища персидского короля Ксеркса идут завоевывать свободный народ Греции. Фермопильский проход прикрывает царь Леонид со своими спартанцами, а на море греков защищает опытный стратег Фемистокл. Этот герой, согласно мнению сценаристов, прославился в ходе битве при Марафоне, когда сразил персидского царя Дария. Теперь же Фемистокл пытается убедить греческих политиков объединиться и дать отпор врагу.
 
 
Первая, она же главная, проблема фильма — это Фемистокл, точнее исполнявший его роль актер Салливан Степлтон. На его лице сложно разглядеть какие-либо эмоции. В его глазах нет искры, когда он ведет людей в битву. Он, словно восковая фигура, занимает место на экране и при этом является, по сути, заменой царя Леонида. Фемистокл не только проигрывает по всем статьям герою Спарты, он вызывает раздражение как лидер. Даже его подручные выглядят убедительнее.
 
Зато угнетателей представляет более симпатичный (во всех смыслах) персонаж. Гречанка Артемисия возглавила персидскую флотилию и имеет немало поводов ненавидеть бывших соотечественников. Ее поведение не особо отличается от поступков Ксеркса из первой части «300 спартанцев». Она жестоко расправляется с командирами за проступки или в порыве ярости бросает все силы в бой, чтобы смести греков. Правда, Артемисия не боится драки и сама не прочь перерезать глотку-другую в сражении. Эффектная дама.
 
В повествовании слишком много знакомых по оригиналу моментов. Фемистокл разбирается с превосходящими силами противника, Артемисия беснуется и хочет договориться с хитроумным греком. Опять бок о бок сражаются отец и сын. Некоторые моменты не являются точной копией «300 спартанцев», но истории не хватает толковой политической составляющей. Она тут представлена лишь утомительными речами Фемистокла о «свободе».
 
 
Ни закулисных интриг (хотя бы с бесхитростным предателем), ни внятной демонстрации раздоров, которые в то время раздирали Грецию. Простор для творчества у авторов фильма был, но они предпочли заниматься копированием чужих идей с незначительными изменениями.
 
Боевые сцены хороши, но удались не все. Морские сражения грешат непростительными условностями, даже по меркам фэнтезийной интерпретации истории. Лучники бьют со снайперской точностью в шторм. Тяжелые корабли разгоняются и маневрируют, как байдарки. Противовесом выступают сражения на мечах. Солдаты в замедлении отрубают конечности противникам, кровь хлещет в три ручья, части тел летят во все стороны. Однако сногсшибательного эффекта новизны эти схватки уже не производят. Тем более странно, что согласно сюжету бок о бок с Фемистоклом сражаются земледельцы, философы и поэты. При этом выглядят они не хуже спартанцев: это все те же мускулистые атлеты в набедренных повязках.
 

Diagnosis

У «Расцвета империи» хватает недостатков. Это и невыразительный герой с каменным лицом, и вторичный сюжет без дворцовых интриг, и переизбыток условностей в ходе морских баталий. Но кровавые боевые сцены на пару с беснующейся Артемисией не позволяют картине пойти на дно. Увы, в фильме нет почти осязаемой ярости Леонида и эффекта новизны «300 спартанцев». Это просто бездумно-красивый боевик для разового просмотра. 
 
 
300: Rise of an Empire имеет немало общего с проектом Ryse: The Son of Rome. В игре от Crytek также в избытке эффектных добиваний в замедленном времени. 
 
 

Диагностирует Виталий Казунов

Очень, очень жаль бездарно растраченного потенциала. Авторы переврали историю. И пусть бы, не в первой. Но их фантазия оказалась куда скучнее версии, изложенной Плутархом две с половиной тысячи лет назад. Из коварного и честолюбивого Фемистокла они сделали очередного «американского капитана», чья лексика ограничивается словом «свобода». Интриги, которые кипели в греческом обществе во время нашествия Ксеркса, совсем не видны. Спартанцы (спартанцы!) отчего-то не спешат в бой и предпочитают ныть о том, что они и так уже слишком многим пожертвовали. Мудрая царица Артемисия внезапно оказывается взбалмошной психопаткой, с любопытством «скармливающей» грекам один персидский флот за другим.
 
 
Фильм красивый и кровавый, но бездумный и зарвавшийся в своем вранье. Одно дело — фэнтезийная интерпретация легенды о трех сотнях доблестных воинов Спарты. И совсем другое — полное извращение реальных фактов. Авторы просто выхватили имена из учебника по истории и придумали им другие характеры и поступки. Особенно обидно за Фемистокла, который de facto является отличным материалом для создания примерного антигероя: завистливый интриган и мелочный лидер, взяточник и хвастун. Его вскоре после победы над Ксерксом с позором изгнали из Афин, и в итоге он нашел укрытие в Персии. А тут он предстает чуть ли не бескорыстным Суперменом. Это как если бы Голливуд снял фильм о Герострате, выставив того невинным мучеником-просветителем. 
 
Чтобы компенсировать отсутствие смысловой нагрузки, фильм под завязку забит позирующими стриптизерами в набедренных повязках — поэтами и земледельцами.
 
Блиц-превью Михаил Шкредов (Thunder) К обсуждению